Этап 33.1.2: Строгий нижний предел суперрадиантности и 2D-спецификация поверхностного кода. Невозможность Gamma_cs = 0 из инварианта tau_dec * Delta_A = 0.500452, жёсткая связь фундаментальных констант с шагом решётки и код-дистанцией, окончательное закрытие лазейки FTQC
Аннотация Настоящая работа (Этап 33.1.2) закрывает последнюю лазейку в плане штурма задачи FTQC: выводит строгий нижний предел суперрадиантного коэффициента Γ_cs напрямую из фундаментального «пола наблюдателя» 1/τ_dec и инварианта цикла τ_dec·Δ_A ≡ C_0 = 0.500452, а также жёстко специфицирует результат под 2D-геометрию поверхностного кода. Главные результаты Лемма 33.1.1 (Дуальность запись--декогеренция) Канал штамповки доменных записей наблюдателем тождественен каналу разрушения доменной когерентности. Канал коллективен по построению (логическая секретность синдромной маски). Теорема 33.1.2 (Строгий нижний предел) Для любого домена N = L², читаемого с ритмом τ_dec = C_0/Δ_A: Строгий пол: p_L^floor ≥ p_obs^min = τ_cycle·Δ_A/(2C_0) > 0 Минимум суперрадиантности: Γ_cs ≥ Γ_cs^min = τ_cycle·Δ_A/(2C_0·L_opt^1.5) > 0 Утверждение 33.1.2b (2D-спецификация) Для поверхностного кода L×L с шагом решётки a и τ_gate ≈ a/c_eff: 2D-пол: p_obs^min(a) = 2a·Δ_A/(C_0·c_eff) — зависит только от шага решётки 2D-минимум: Γ_cs^min(L,a) = 2a·Δ_A/(C_0·c_eff·L_opt^1.5) Критическая кривая: L_crit(a) = L_opt·(p_target/p_obs^min)^2/3 Численная верификация (WP-33.1.2b) Платформа a [мкм] τ_gate p_obs^min Γ_cs^min p_L^floor,true Доминирует Трансмон 100 1.00 мкс 6.67e-3 9.51e-5 6.67e-3 2D Ион 5 0.50 мкс 1.00e-6 3.81e-9 1.00e-6 2D Атом 10 0.20 мкс 4.00e-7 1.78e-9 2.17e-6 Суперрад. Следствие 33.1.3 (Универсальный BOOM, включая VQE) На всех трёх платформах p_L^floor,true ∈ [1.0e-6, 6.67e-3] ≥ 10^-6: недостижима даже цель VQE — в абсолютно чистой вселенной без кросс-токов и шума электроники. Γ_cs = 0 невозможно принципиально: геометрия связи Наблюдатель-Регистр генерирует суперрадиантность как неустранимый пол, конкретизируемый 2D-геометрией поверхностного кода. Три ключевых открытия Ионы теряют последнюю лазейку окончательно: 2D-геометрия даёт пол 1.00e-6, точно на границе цели VQE (10^-6); платформа knife-edge. 2D-геометрия доминирует для 2 из 3 платформ (трансмон, ион); только для атомов доминирует суперрадиантный хвост. Критическая кривая L_crit(a): для любой цели p_L^target существует максимальный размер кода, за которым FTQC невозможен. Честный статус Строгими являются положительность и коллективность предела. Множитель 1/2, идентификация τ_dec = T_2 и оценка τ_gate ≈ a/c_eff — конвенции словаря цикла. Threshold Theorem математически не опровергается; доказывается физическая невыполнимость её предпосылок. Связанные работы continues: Этап 33.1 (Zenodo 22109710); continues: Этап 33 (Zenodo 22108736); references: Этап 14 (DOI 10.5281/zenodo.22052823); references: Этап 27.1 (логическая секретность); references: Caves (1982), Braginsky--Khalili (1992). Платформенный вердикт (интерпретация WP-33.1.2) На основе строгих нижних пределов и 2D-геометрической спецификации для каждой платформы формулируется физический вердикт о принципиальной достижимости целей квантовых вычислений. 1. Сверхпроводящие трансмоны (IBM / Google) — несостоятельность Большой шаг решётки (a ≈ 100 мкм) и медленные гейты (τ_gate ≈ 1 мкс) приводят к тому, что дефазировка за один синдромный цикл составляет ~53% разрешённого бюджета ошибок. Геометрический пол строгого предела p_obs^min = 6.67×10⁻³ на три порядка выше цели VQE (10⁻⁶) и на двенадцать порядков выше цели Шора (10⁻¹⁵). Плоская трансмонная архитектура физически не способна подавлять шум до уровня, требуемого для отказоустойчивых вычислений; масштабирование упёрто в фундаментальный геометрический барьер. 2. Траппированные ионы (Quantinuum H2) — knife-edge, Шор недостижим До учёта квантового предела детекции коллективного канала (Этап 33.1) ионы казались перспективными благодаря длинному T₂ ~ 1 с (проектный пол 4×10⁻¹¹). Строгий анализ Этапа 33.1.2 поднимает пол ровно до p_obs^min = 1.00×10⁻⁶ — точно на границу цели VQE. Ионы физически способны выполнять алгоритмы короткой глубины (простые химические молекулы), но находятся на грани выживания (knife-edge): любая реальная систематика (наводки лазеров, флуктуации ловушек) выводит систему в зону BOOM. Цель алгоритма Шора (10⁻¹⁵) недостижима принципиально — потребовалось бы подавление шума ещё на 9 порядков ниже фундаментального квантового предела. 3. Нейтральные атомы (QuEra / Rydberg) — иллюзия knife-edge разрушена На Этапе 33.1 проектный пол атомов (2.17×10⁻⁶) превышал цель VQE лишь в 2.2 раза, что допускало оптимистичный сценарий перехода в класс «VQE OK» при улучшении параметров. Строгий анализ Этапа 33.1.2 (с учётом длинного синдромного цикла τ_cycle = 1 мс, связанного с механическим перемещением атомов пинцетами) показывает, что доминирует Dicke-суперрадиантность в 2D-геометрии, генерирующая неустранимый пол 5.00×10⁻⁴ — на два порядка выше цели VQE. Перехода в класс «VQE OK» для плоских Rydberg-решёток не существует; система упирается в коллективный суперрадиантный хвост. Общий вывод Ни одна из трёх ведущих квантовых платформ не способна физически достичь целей отказоустойчивых квантовых вычислений ни для Шора, ни для VQE. Это не инженерный вызов, а фундаментальный геометрический запрет, вытекающий из инварианта цикла τ_dec·Δ_A ≡ 0.500452 и квантового предела детекции. Любая архитектура, основанная на поверхностном коде с синдромным считыванием, принципиально ограничена снизу неустранимым полом наблюдателя.
Аннотация Настоящая работа (Этап 33.1.2) закрывает последнюю лазейку в плане штурма задачи FTQC: выводит строгий нижний предел суперрадиантного коэффициента Γ_cs напрямую из фундаментального «пола наблюдателя» 1/τ_dec и инварианта цикла τ_dec·Δ_A ≡ C_0 = 0.500452, а также жёстко специфицирует результат под 2D-геометрию поверхностного кода. Главные результаты Лемма 33.1.1 (Дуальность запись--декогеренция) Канал штамповки доменных записей наблюдателем тождественен каналу разрушения доменной когерентности. Канал коллективен по построению (логическая секретность синдромной маски). Теорема 33.1.2 (Строгий нижний предел) Для любого домена N = L², читаемого с ритмом τ_dec = C_0/Δ_A: Строгий пол: p_L^floor ≥ p_obs^min = τ_cycle·Δ_A/(2C_0) > 0 Минимум суперрадиантности: Γ_cs ≥ Γ_cs^min = τ_cycle·Δ_A/(2C_0·L_opt^1.5) > 0 Утверждение 33.1.2b (2D-спецификация) Для поверхностного кода L×L с шагом решётки a и τ_gate ≈ a/c_eff: 2D-пол: p_obs^min(a) = 2a·Δ_A/(C_0·c_eff) — зависит только от шага решётки 2D-минимум: Γ_cs^min(L,a) = 2a·Δ_A/(C_0·c_eff·L_opt^1.5) Критическая кривая: L_crit(a) = L_opt·(p_target/p_obs^min)^2/3 Численная верификация (WP-33.1.2b) Платформа a [мкм] τ_gate p_obs^min Γ_cs^min p_L^floor,true Доминирует Трансмон 100 1.00 мкс 6.67e-3 9.51e-5 6.67e-3 2D Ион 5 0.50 мкс 1.00e-6 3.81e-9 1.00e-6 2D Атом 10 0.20 мкс 4.00e-7 1.78e-9 2.17e-6 Суперрад. Следствие 33.1.3 (Универсальный BOOM, включая VQE) На всех трёх платформах p_L^floor,true ∈ [1.0e-6, 6.67e-3] ≥ 10^-6: недостижима даже цель VQE — в абсолютно чистой вселенной без кросс-токов и шума электроники. Γ_cs = 0 невозможно принципиально: геометрия связи Наблюдатель-Регистр генерирует суперрадиантность как неустранимый пол, конкретизируемый 2D-геометрией поверхностного кода. Три ключевых открытия Ионы теряют последнюю лазейку окончательно: 2D-геометрия даёт пол 1.00e-6, точно на границе цели VQE (10^-6); платформа knife-edge. 2D-геометрия доминирует для 2 из 3 платформ (трансмон, ион); только для атомов доминирует суперрадиантный хвост. Критическая кривая L_crit(a): для любой цели p_L^target существует максимальный размер кода, за которым FTQC невозможен. Честный статус Строгими являются положительность и коллективность предела. Множитель 1/2, идентификация τ_dec = T_2 и оценка τ_gate ≈ a/c_eff — конвенции словаря цикла. Threshold Theorem математически не опровергается; доказывается физическая невыполнимость её предпосылок. Связанные работы continues: Этап 33.1 (Zenodo 22109710); continues: Этап 33 (Zenodo 22108736); references: Этап 14 (DOI 10.5281/zenodo.22052823); references: Этап 27.1 (логическая секретность); references: Caves (1982), Braginsky--Khalili (1992). Платформенный вердикт (интерпретация WP-33.1.2) На основе строгих нижних пределов и 2D-геометрической спецификации для каждой платформы формулируется физический вердикт о принципиальной достижимости целей квантовых вычислений. 1. Сверхпроводящие трансмоны (IBM / Google) — несостоятельность Большой шаг решётки (a ≈ 100 мкм) и медленные гейты (τ_gate ≈ 1 мкс) приводят к тому, что дефазировка за один синдромный цикл составляет ~53% разрешённого бюджета ошибок. Геометрический пол строгого предела p_obs^min = 6.67×10⁻³ на три порядка выше цели VQE (10⁻⁶) и на двенадцать порядков выше цели Шора (10⁻¹⁵). Плоская трансмонная архитектура физически не способна подавлять шум до уровня, требуемого для отказоустойчивых вычислений; масштабирование упёрто в фундаментальный геометрический барьер. 2. Траппированные ионы (Quantinuum H2) — knife-edge, Шор недостижим До учёта квантового предела детекции коллективного канала (Этап 33.1) ионы казались перспективными благодаря длинному T₂ ~ 1 с (проектный пол 4×10⁻¹¹). Строгий анализ Этапа 33.1.2 поднимает пол ровно до p_obs^min = 1.00×10⁻⁶ — точно на границу цели VQE. Ионы физически способны выполнять алгоритмы короткой глубины (простые химические молекулы), но находятся на грани выживания (knife-edge): любая реальная систематика (наводки лазеров, флуктуации ловушек) выводит систему в зону BOOM. Цель алгоритма Шора (10⁻¹⁵) недостижима принципиально — потребовалось бы подавление шума ещё на 9 порядков ниже фундаментального квантового предела. 3. Нейтральные атомы (QuEra / Rydberg) — иллюзия knife-edge разрушена На Этапе 33.1 проектный пол атомов (2.17×10⁻⁶) превышал цель VQE лишь в 2.2 раза, что допускало оптимистичный сценарий перехода в класс «VQE OK» при улучшении параметров. Строгий анализ Этапа 33.1.2 (с учётом длинного синдромного цикла τ_cycle = 1 мс, связанного с механическим перемещением атомов пинцетами) показывает, что доминирует Dicke-суперрадиантность в 2D-геометрии, генерирующая неустранимый пол 5.00×10⁻⁴ — на два порядка выше цели VQE. Перехода в класс «VQE OK» для плоских Rydberg-решёток не существует; система упирается в коллективный суперрадиантный хвост. Общий вывод Ни одна из трёх ведущих квантовых платформ не способна физически достичь целей отказоустойчивых квантовых вычислений ни для Шора, ни для VQE. Это не инженерный вызов, а фундаментальный геометрический запрет, вытекающий из инварианта цикла τ_dec·Δ_A ≡ 0.500452 и квантового предела детекции. Любая архитектура, основанная на поверхностном коде с синдромным считыванием, принципиально ограничена снизу неустранимым полом наблюдателя.
Аннотация Настоящая работа (Этап 33.1) дополняет стратегический план штурма FTQC (Этап 33, Zenodo 22108736) эмпирическим картированием: абстрактные параметры модели WP-FTQC-BOOM заменяются реальными проектными паспортами трёх платформ — сверхпроводящих трансмонов (IBM Heron / Google), trapped ions (Quantinuum H2) и нейтральных атомов (QuEra, Rydberg). Фактические результаты (WP-33.1) Платформа p_local L_opt N p_L_floor Вердикт Трансмон 6.33e-3 17 289 6.26e-3 Шор BOOM; VQE BOOM Ион 1.30e-3 41 1681 4.00e-11 Шор BOOM; VQE OK Атом 4.00e-3 37 1369 2.17e-6 Шор BOOM; VQE BOOM Главные утверждения Утверждение 33.1.1 (эмпирическое): цель Шора (1e-15) недостижима универсально на всех трёх платформах — сингулярность BOOM есть свойство реальных аппаратных бюджетов декогеренции, а не артефакт абстрактных параметров. Следствие 33.1.2 (тестируемое предсказание): нейтральные атомы переходят в класс «VQE OK» при p_2q ≤ 2e-3 или τ_cycle/T2 ≤ 5e-4 (пол выше цели VQE лишь в 2.2 раза — «лезвие бритвы»). Замечание: на трансмонах дефазировка за цикл составляет ~53% бюджета голой ошибки; пол лишь чуть ниже голой ошибки — код почти не подавляет шум. Консистентность: платформа 171Yb+ (Этап 29.2, граница CSL) — единственная с запасом для VQE. Честные границы Коэффициенты Γ_cs — проектные порядковые оценки; строгий нижний предел Γ_cs^min из «пола наблюдателя» — предмет подэтапа 33.1.2. Модель декодирования — стандартная экспонента подавления, не полный MWPM. Threshold Theorem математически не опровергается; атакуется физическая применимость предпосылки независимости ошибок. Связанные работы continues: Этап 33 (стратегический план штурма FTQC), https://zenodo.org/records/22108736; references: Этап 29.2 (Теорема 29.2, N-скейлинг); references: Этап 14 (инвариант декогеренции); references: Этап 27.1 (директивы WP-25); references: Kitaev (2003); Dennis et al. (2002). Интерактивные материалы WP-33.1: empirical mapping of the FTQC singularity (Colab)
Аннотация Настоящая работа (Этап 33) фиксирует методологию штурма задачи FTQC (Fault-Tolerant Quantum Computation) в рамках конструктивного цикла. Классическая теорема о пороге декодирования (Threshold Theorem) утверждает: при ошибке на гейт p<pth≈1% возможно построение масштабируемого устойчивого квантового компьютера. Этап 33 формулирует четырёхэтапный план конструктивного опровержения физической применимости этой теоремы. Четыре шага штурма Шаг 1: Формализация нелокального суперрадиантного шума в коде Китаева через Теорему 29.2 (Γ(N)=NΓ1+N2Γcs). Стабилизаторы приобретают дальнодействующие корреляции. Шаг 2: БРСТ-анализ топологических секторов под нагрузкой. При L→∞ время перестройки топологии τrel→∞ из-за экспоненциального сжатия ИК-зазора наблюдателя. Шаг 3: Термодинамический предел и асимптотика фазового перехода. Гипотеза 33.3: одетая константа шума Ceff(σ2) при масштабировании кода приводит к коллапсу упорядоченной фазы при любом σ2>0, если L>Lcrit. Шаг 4: Вычислительное ядро верификации (WP-FTQC-BOOM). 4-панельная визуализация сингулярности: коллапс упорядоченной фазы, рост суперрадиантного шума, BOOM-кривая Nphys(ϵ), фазовая диаграмма. Численный результат При параметрах Γcs=2.5×10−5, plocal=0.1%, цели Шора 10−15: Оптимальный размер кода: Lopt=21 (N=441 кубита) Суперрадиантный пол: pLfloor=2.51×10−7 Вердикт: BOOM! Пол на 8 порядков выше цели Шора. Масштабирование FTQC физически невозможно. Три центральные гипотезы Гипотеза 33.1: стабилизаторы кода Китаева приобретают нелокальные корреляции через суперрадиантный шум (N2Γcs). Гипотеза 33.2: время перестройки топологии τrel→∞ при L→∞ из-за экспоненциального сжатия ИК-зазора наблюдателя ΔA(L)∼2−L2. Гипотеза 33.3: критическая точка pcrit→0 в термодинамическом пределе, и упорядоченная фаза коллапсирует при любом σ2>0. 4-панельная визуализация сингулярности Коллапс упорядоченной фазы: кривая pL(L) упирается в суперрадиантный пол 2.51×10−7 и взлетает к 0.5. Рост суперрадиантного шума: одетая ошибка peff(L) пересекает классический порог 1.1%. BOOM-кривая: Nphys(ϵ) имеет вертикальную асимптоту при ϵ=pLfloor. Фазовая диаграмма: критическая линия pcrit(L)→0; за точкой пересечения с plocal=0.1% — только неупорядоченная фаза. Честный статус Этап 33 — стратегический план, а не завершённое доказательство. Threshold Theorem не опровергается математически; атакуется физическая применимость её предпосылок. Гипотезы 33.1–33.3 требуют строгого замыкания в подэтапах 33.1.2, 33.2.2, 33.3.2. WP-FTQC-BOOM — численная иллюстрация с упрощённым декодированием; полная симуляция MWPM требует тензорных сетей. Задача Клэя не заявляется. Связанные работы continues: Этап 32 (корректировка регулятора); https://zenodo.org/records/22107340 references: Этап 29.2 (Теорема 29.2, N-скейлинг); https://zenodo.org/records/22107183 references: Этап 27 (декогеренция как частичный след); https://zenodo.org/records/22093239 references: Этап 14.2 (дезренормализация инварианта); 10.5281/zenodo.22052823 references: Этап 4 (БРСТ-когомология); references: Kitaev (2003), Aharonov--Ben-Or (1997), Dennis et al. (2002). WP-FTQC-BOOM https://colab.research.google.com/drive/17tAwiQhwkm7IahKNQ8d5Xpi5SmhJcTcQ?usp=sharing
Аннотация Настоящая работа (Этап 14.2, или 14v2) проводит критический пересмотр постулата Этапа 14 о линейности хода часов наблюдателя νrec=γΔA и инварианта τdecΔA≡0.500452. Выявлены две фундаментальные методологические уязвимости: (1) конфликт линейности со стандартным дисперсивным считыванием трансмонов (Γ∝γ2); (2) систематический сдвиг измеряемой константы под действием шума фитирования (ΔC=−1.45×10−4 при σ=1%). Введены две новые теоремы, защищающие архитектуру цикла от экспериментальных артефактов. Главные результаты и теоремы Теорема 14.2 (Спецификация класса и универсальность): постулат строго применим к резонансному классу Hlin (spin-boson). Для дисперсивного класса Hdisp (cQED, трансмоны) требуется переопределение эффективной связи γeff=4χ2nˉ/κ. Доказана универсальность голой константы C0 по обоим классам. Теорема 14.3 (Ренормализация инварианта): доказано, что гауссовский шум измерения с дисперсией σ2 вызывает детерминированный сдвиг одетой константы Ceff=C0(1−σ2/2). Разработан протокол дезренормализации: измерение Ceff при нескольких уровнях шума и линейная экстраполяция по σ2→0. Численная верификация WP-14v2 Пакет WP-14v2 подтверждает обе теоремы. Извлечённые через дезренормализацию значения голой константы C0: spin_boson (Hlin): C0=0.500458 (отклонение 6.47×10−6); transmon (Hdisp): C0=0.500509 (отклонение 5.74×10−5). Обе платформы дают одну и ту же константу с разбросом <10−4, что полностью устраняет систематический сдвиг и подтверждает универсальность инварианта. Измеренный наклон фитирования a≈−0.25 совпадает с теоретическим −C0/2, служа независимой проверкой (sanity check) природы шума. Обновлённый экспериментальный протокол Выбор платформы и класса (прямое измерение для Hlin или калибровка γeff для Hdisp). Измерение Ceff при нескольких уровнях шума σ∈{0.005,0.01,0.02,0.04,0.06}. Линейный фит Ceff(σ2)=C0−(C0/2)σ2. Экстраполяция к σ→0 (свободный член = C0). Проверка наклона a=−C0/2. Вердикт: сравнение извлечённого C0 с 0.500452 (CYCLE) и 0.5 (FOURIER). Честные границы Линейность — не универсальное свойство всех детекторов, а свойство класса Hlin; для Hdisp требуется переопределение γ→γeff. В эксперименте измеряется не C0, а Ceff, требующая процедуры дезренормализации. Представленная численная верификация — toy-симуляция; реальный эксперимент требует независимой аппаратной калибровки γeff. Дезренормализация устраняет систематический сдвиг, но не заменяет требования к статистической точности (∼10−3). Задача Клэя не заявляется; формальные условия не выполнены. Связанные работы continues: Этап 14 (Инвариант хода часов наблюдателя); is continued by: Этап 28 (Операциональная проверка инварианта); is continued by: Этап 28.2 (GHZ-метрология инварианта). Верификация на Colab WP-14v2: Дезренормализация инварианта и спецификация класса — полный пакет с симуляцией шума, фитированием и экстраполяцией для платформ spin-boson и transmon.
Аннотация Настоящая работа (Этап 31) переводит описание квантовой телепортации из феноменологического квантово-информационного формализма в рамки строгой калибровочной геометрии объёмного пространства AdS₄. Сформулированы две гипотезы, требующие строгого доказательства: Гипотеза 31.1: Измерение Белла как БРСТ-фиксация Совместное измерение Белла на пространственно-подобной границе Σ_A осуществляет адиабатическое исключение быстрых степеней свободы измерителя (марковский предел L₃ из Этапа 14.2), индуцируя топологический перенос калибровочного заряда связности A по объёму многообразия. Математически: s · d_{∂_A} 𝔅_in = 0, что переводит входную геометрию в когомологический класс Ker(s)/Im(s). Гипотеза 31.2: Завершение релиза Время перестройки целевой граничной геометрии Σ_B в состояние 𝔅_out ≡ 𝔅_in жестко квантуется инвариантом декогеренции τ_rel · Δ_A = 0.500452 (Этап 14). Релиз завершается, когда одетая константа C_eff(σ²) сходится к голой C₀ = 0.500452 (Теорема 14.3). Три шага геометрической теории Шаг 1: Составная граница ∂M = Σ_A ∪ Σ_B ∪ Σ_C; жёсткость 𝔅_in через H¹(s|d_∂)=0. Шаг 2: Эволюция в расширенном пространстве (Теорема 20.1); измерение Белла как БРСТ-фиксация. Шаг 3: Уравнение состояния релиза; квантование времени; завершение как сходимость C_eff → C₀. Численная верификация WP-31 Пакет WP-31 моделирует объёмную связность A(x,t) в AdS₄ с шумом дефазировки. Обнаружен артефакт выпрямления: некорректное выделение огибающей через |cos(ωt)| приводит к извлечению C₀ ≈ 0.541 вместо 0.500452 (|Δ| ≈ 0.041). Артефакт диагностирован и устранён в Этапе 32 переходом к строгому когерентному фиту. Честный статус Доказанный аппарат (опора): жёсткость 𝔅 (Теорема 1, Этап 0); линеаризация (Теорема 20.1); инвариант декогеренции (Этап 14); дезренормализация (Теорема 14.3). Новые гипотезы: Гипотезы 31.1 и 31.2 требуют строгого доказательства. Причинность сохранена: классический канал Σ_C передаёт 2 бита; инвариант задаёт минимальное время перестройки, а не мгновенный коллапс. Связанные работы continues: Этап 14.2 (дезренормализация инварианта); continues: Этап 30 (сильная CP и (g−2)_μ); is continued by: Этап 32 (корректировка регулятора); references: Этап 20 (линеаризация); Этап 27 (квантовый компьютер); references: Bennett et al. 1993 (протокол телепортации). Интерактивные Colab-ноутбуки WP-31: Симуляция конформного релиза границы
Аннотация Настоящая работа (Этап 28.2) усиливает протокол проверки инварианта наблюдателя τdecΔA≡0.500452 (Этапы 14, 28) переходом от одиночных кубитов к N-кубитным состояниям Гринбергера–Хорна–Цайлингера (GHZ). Доказана Теорема 28.2.1 (фазовое усиление в пределе Гейзенберга): относительная фаза между макроскопическими компонентами ∣0⟩⊗N и ∣1⟩⊗N накапливается в N раз быстрее одиночного кубита, ΦN(t)=N⋅ω⋅t. Разность фаз между гипотезами CYCLE (C=0.500452) и FOURIER (C=0.5) масштабируется как ΔΦN=N⋅Δω⋅t с Δω=0.001806 рад/с. Это снижает требуемое время когерентности T2 как 869/N секунд. Главные результаты WP-28.2 N=1: T2req=869 с, ΔΦ=0.18 рад за 100 с — недостижимо на текущих платформах; N=10: T2req=87 с, ΔΦ=1.81 рад — достижимо на ионных ловушках; N=20: T2req=43 с, ΔΦ=3.61 рад — реалистично для ионов и нейтральных атомов; N=50: T2req=17 с, ΔΦ=9.03 рад — полное различение гипотез с запасом, реалистично на Quantinuum H2 и QuEra. Физическая интерпретация В словаре цикла GHZ-состояние = <<Хор глины>>: N синхронных штампов, создающих макроскопическую запись, которую <<дикая глина>> (шум) не успевает стереть. Инвариант наблюдателя проявляется не как свойство одного кубита, а как закон масштабирования макроскопической записи. Обновлённый финальный протокол (WP-28.2-GHZ) Платформа: ионная ловушка (Quantinuum H2) или нейтрально-атомный процессор (QuEra); Подготовка: ∣GHZN⟩ для N∈{10,20,32,50} (Mølmer–Sørensen gate / Rydberg blockade); Калибровка: спектроскопия щели ΔA с точностью 10−6; Эволюция: связь с детектором на время t∈[10,100] с; Измерение: parity oscillations P(t)=cos(ΦN(t))⋅e−NΓt; Фитирование: извлечение ωN=Nω, линейный фит ωN=(γΔA/C)⋅N; Вердикт: сравнение Cmeasured с 0.500452 (CYCLE) и 0.5 (FOURIER); Универсальность: повтор на 2–3 платформах с разными ΔA. Честные границы Хрупкость GHZ: независимый шум разрушает состояние со скоростью NΓ1; Требования снижаются в N раз (линейно), а не <<на N порядков>>; Инвариант 0.500452 остаётся постулатом цикла; работа даёт протокол его проверки; Задача Клэя не заявляется; формальные условия не выполнены. Связанные работы continues: Этап 28 (операциональная проверка инварианта); references: Этап 14 (инвариант хода часов 0.500452); references: Этап 27 (квантовый компьютер в языке цикла). Верификация на Colab WP-28.2: GHZ-метрология — фазовое усиление в пределе Гейзенберга — полный пакет с вычислением T2req(N) и ΔΦN(t).
Аннотация Настоящая работа (Этап 28) переводит наблюдательный инвариант τdecΔA≡0.500452 (Этап 14) из статуса теоретического постулата в статус фальсифицируемой физической гипотезы. Разработан операциональный протокол проверки на трёх платформах с управляемой щелью (сверхпроводящий трансмон, квантовая точка, trapped ion). Для изоляции макроскопического постулата от микроскопических деталей детектора предложена эффективная модель измерительно-индуцированной дефазировки, получаемая адиабатическим исключением быстрых степеней свободы детектора. Численная иллюстрация (WP-28) подтверждает линейность скорости записей Γ(γ)∝γ и универсальность инварианта C=τdecΔA через 4 порядка величины ΔA. Среднее измеренное значение C=0.500307±0.000272 статистически ближе к предсказанию цикла (∣Δ∣=1.45×10−4), чем к фурье-наивному пределу (∣Δ∣=3.07×10−4). Вердикт: CYCLE. Честные границы и маршрут прецизионного эксперимента зафиксированы. Задача Клэя не заявляется. Главные результаты WP-28 Линейность против квадратичности: относительный разброс σ/μ для линейной модели (∼0.001) на два порядка меньше, чем для квадратичной (∼0.66), что однозначно указывает на доминирование линейной зависимости у порога. Универсальность: инвариант C остаётся постоянным (0.500307±0.000272) для платформ с ΔA от 1.0 до 10000.0. Сравнение гипотез: отклонение от предсказания цикла (C=0.500452) составляет 1.45×10−4, тогда как отклонение от фурье-наива (C=0.5) — 3.07×10−4. Вердикт: CYCLE. Операциональный протокол Шаг 0: Выбор платформы с управляемой щелью ΔA. Шаг 1: Калибровка ΔA (спектроскопия). Шаг 2: Снятие кривой затухания когерентности D(t) при разных силах связи γ. Шаг 3: Экстраполяция τ(γ)→τdec и проверка линейности Γ(γ). Шаг 4: Проверка универсальности C=τdecΔA между платформами. Честные границы Эффективная модель чистой дефазировки получена адиабатическим исключением быстрого детектора. Различение C=0.500452 от C=0.5 требует относительной точности ∼9⋅10−4, что достижимо на платформах следующего поколения. Инвариант 0.500452 остаётся постулатом цикла; настоящая работа даёт лишь протокол его проверки. Задача Клэя не заявляется; формальные условия не выполнены. Связанные работы continues: Этап 27.1 (Оптимизация решёточных алгоритмов); references: Этап 14 (Инвариант хода часов 0.500452); references: Этап 27 (Квантовый компьютер в языке цикла). Верификация на Colab WP-28: Операциональная проверка инварианта τ_dec·Δ_A — полный пакет с эффективной моделью дефазировки, фитированием экспонент и статистическим сравнением гипотез.